В Канском драматическом театре ставят очередной спектакль. Именно ТАК над постановкой у нас не работали. Потому с первого дня начали ставить то, чего, собственно, еще и нет. Сценарий пишется... в процессе! 

Геннадий Рафаилович Тростянецкий родился в 1950 году, учился режиссуре в классе Георгия Товстоногова, был главным режиссёром Омского академического театра драмы, режиссёром театра им. Моссовета, художественным руководителем и главным режиссёром Санкт-Петербургского театра «На Литейном», главным режиссёром Рижского театра Русской Драмы. Геннадий Тростянецкий вошел в историю театрального искусства как один из организаторов крупнейшего Фестиваля спектаклей имени Камы Гинкаса и инициатор первого Фестиваля памяти Анатолия Эфроса. В настоящее время преподает актерское мастерство и режиссуру в Санкт-Петербурской государственной академии театрального искусства.

Это снова эксперимент, и делать опыты (хоть и в добрейшем смысле слова, но ведь суть - опыты) в Канск приехал заслуженный деятель искусств России, лауреат Государственной премии Геннадий Тростянецкий из Санкт-Петербурга. Мы повстречались с ним через неделю после старта проекта. Репетиции шли полным ходом, и поймать режиссёра было не просто. Во время ожиданий перерыва я встретил директора театра Владимира Мясникова. Он сообщил, что о готовящемся спектакле знает не больше моего, и даже пошутил: «Я сейчас больше финансовыми вопросами занимаюсь, так что, если что-то узнаете, сообщите мне, пожалуйста».

Спектакль без сценария?

- В чем состоит эксперимент? Что это вообще будет? - спросил я Геннадия Рафаиловича, когда, наконец, актеров распустили на перекур, и мы остались вдвоём на сцене, уставленной стульями и столами, покрытыми бумагой со всевозможными пометками, стрелками и какими-то кружочками. Во время нашей беседы Тростянецкий будет временами вдруг браться за фломастер и что-то помечать на листах, где-то подрисовывать, профессионально «хватая» мелькнувшую мысль.
- Мы решили пойти на внутренний эксперимент, который, скорее, касается именно труппы вашего театра. Это всегда хорошо для любого театра - немного встряхнуться, остановиться и посмотреть вперёд. Идея эта возникла после «Лаборатории», которая проходила здесь в ноябре. Думаю, что после двух успешных спектаклей необходимо подвести итог. Я подумал: а что если актеры соберутся и расскажут про свою жизнь в городе Канске?! Кто-то родился здесь, кто-то приехал год назад, а кто и совсем недавно. Мне показалось, что когда они расскажут о своих надеждах, разочарованиях, привязанностях, чувствах к этому городу и к его людям, то это будет интересный материал и для них самих. Мы собираемся каждый день, и актеры рассказывают мне про свои сны, про любимые и нелюбимые улицы, про события в Канске.
- А что дальше?
- Теперь мне нужно думать, каким образом полученный материал перевести в сценический эквивалент, найти зрелищную форму. А когда все будет сделано, то, как мы предполагаем, 24 августа, в рамках канского видеофестиваля, пригласим зрителей и проверим, насколько спектакль интересен публике, а не только труппе.
- Но ведь это будет более-менее подготовленный зритель?
- Я против термина «подготовленный зритель». Я как раз за «зрителя непосредственного». Но давайте подождём и посмотрим, что получится. Приедет художник из Питера, очень известный, популярный там, представитель среднего поколения. Он посмотрит наш текст, наши эскизы и придумает, в какую сценографическую форму это облечь.
- Это путешествие по жизни в Канске нужно еще переплавить в текст!
- Тексты - ВОТ они, это сами актеры.
- Значит, вы будете редактором этих текстов?
- В каком-то смысле да. Нужно будет корректировать. Выбрать определённые истории из тех, которые рассказывают тут актёры. А историй много, и они интересные и неожиданные. Но если их включить все, то получится шесть часов беспрерывного показа. Так что нужно думать!

А если спектакль приживется в репертуаре театра, то в каждый показ можно будет вводить новую очередную историю - бросать жребий, кому рассказывать! Конечно же, это не будет рассказ словесный.

Все это джаз?

- Скажите, это же не будет читка со сцены или монотонное повествование?
- Мы ищем форму активного театрального зрелища. В любом случае, это, конечно, лабораторная работа. И зритель, который придёт в августе на премьеру, станет свидетелем актёрской акции, например, исповеди актёра или реконструкции определенного события. Вот как, импровизируя, джаз играют, а слушатель является свидетелем, так, надеюсь, будет и здесь.
- Как проходят эти... воспоминания, что ли?
- По-разному - и в форме рассказа, и как сценка. Вот, например, попросил я вас рассказать о вашем первом объяснении в любви. И вы рассказываете, как на рыбалке перед вами выныривает русалка и человеческим голосом говорит: «Здрасьте, Саша!». А потом я даю время и прошу это показать, как ситуацию видите вы. Ваши актеры придумали забавную вещь: они как бы сели в свой служебный автобус, который после гастролей развозит их по городу, кто где живет. В результате меня познакомили со всем Канском, здесь стела, тут выставочный зал, там БДО или ВЭС... Мы едем уже дня четыре и еще не закончили.
- Какие перспективы у этой работы как части постоянного репертуара?
- Как сказал Геннадий Рукша (министр культуры Красноярского края. - А.Ш.), мы всё мечтаем о процессе - и вот вам процесс. Пробуем его сделать важнее результата. Естественно, было бы хорошо, если б он остался в репертуаре для регулярных показов. В любом случае, канский театр очень много приобретёт.
- А название тоже будете вместе придумывать?
- Рабочее название есть: «Граждане города К.» У скульптора Родена есть замечательная композиция «Граждане Кале». Ведь значение Канска для его жителей не менее велико, чем значение города Кале для жителей, переживших эту трагедию. Все знают города Париж, Нью-Йорк, Петербург, а вот маленькую точечку на карте, возле которой написано «Канск», знают не все. Нам бы хотелось изменить эту ситуацию!

В Швеции актеры Королевского театра раз в четыре года специально платят деньги, чтобы в сжатом виде освежить для себя весь актёрский минимум - движение, голос и т.д. То же происходило в прошедшие недели в канском театре.

У скульптора Родена есть композиция «Граждане Кале». Посвящена героям одного из эпизодов Столетней войны. Осада англичанами французского города продолжалась почти год. По требованию короля шесть уважаемых горожан должны были вынести навстречу ему ключи от Кале нагими, с повязанными вокруг шеи верёвками. Это требование было исполнено. Роден через пять веков отлил силу человеческого духа в бронзе.

Среди заданий, которые давал актерам Геннадий Тростянецкий, был рассказ о снах, и про своего дедушку, и про самое вкусное, что пробовали. Возникло задание «Вкуснятина». Элементы «Вкуснятины» должны войти в состав спектакля.